Наверх

Мир как матрица. О Джобсе, Гейтсе и остальных компьютерщиках

Мир как матрица. О Джобсе, Гейтсе и  остальных компьютерщиках
Главное в Стиве Джобсе, Билле Гейтсе и в психотипе людей, представляющих их профессию, ― программистах, виртуалистах, футуристах, технократах ― это отсутствие трагического чувства жизни, поэтому агностицизм, универсализм или буддизм им ближе, чем монотеистические религии, исходный пункт которых ― грехопадение человека.

Трагедия ― это борьба с собой, неминуемость утраты, это "или-или", при том что за каждым "или" встает выбор, чреватый трагедией. Идея или материя? Дух или плоть? Любовь или работа? Верность или многообразие опыта? Творчество или богатство? Для людей новотехнической генерации ― а Стив Джобс, Билл Гейтс и Рэй Курцвейл первые из них не только по значению, но и по времени ― здесь нет трагедии, поскольку мир многовариантен. Можно складывать варианты, тасовать, предлагать разные решения. Нет глубоких, неизбывных, неразрешимых проблем, поскольку все проблемы, о которых имеет смысл говорить, так или иначе решаемы, а о других и говорить не стоит.

 

Стив Джобс

 

Но разве не во все времена были техники, прагматики, эмпирики, которые точно так же относились к бытию как к набору "лего", который предлагает массу альтернативных решений? Конечно, такие люди были всегда, но только с конца прошлого века у них появилась профессия, которая оправдывает "матричный" подход к жизни и делает его массовым. Мир ― подвижная матрица из элементов, кирпичиков, которые можно состыковывать со всех сторон, не так, так этак. Раньше человечество оставалось в рамках трудно постижимой и преобразуемой реальности, в которой одно давалось лишь ценой утраты другого. В реальности господствует категория редкости, поэтому одни люди сражаются за блага, а другие готовы жертвовать собой, но и воинственность, и жертвенность ― две стороны трагедии. Но вот пришло поколение, способное созидать виртуальные и искусственные миры, все более приближающиеся по своей ощутимости, достоверности к реальному миру. Таких миров много, и каждый может создать его сам для себя. Поэтому в развитых обществах воинственность постепенно отходит в прошлое, сохраняясь во все более укрощенном виде, в условных рамках спорта. Старик Хоттабыч, видя, как 22 футболиста гоняются за одним мячом, выбросил на стадион еще 21 мяч ― пусть у каждого футболиста будет свой и пусть играет с ним в свое удовольствие. Вот так и виртуальные миры ― у каждого свой мяч, свое поле, своя игра.

К сожалению, большинство плохо различает в Apple инженерную компанию, а видит только маркетинг. Мало кто способен оценить эффективное энергопотребление, но всем понятны разноцветные корпуса. Инженерная часть работы тоже не так проста: все видят гигагерцы и мегапиксели, но мало кто способен оценить постановку задачи. И еще реже хватает смелости отказаться от готового решения и сделать что-то свое.

Особенность новейшей техники ― био-, нано-, генной, электронной, информационной ― в том, что она не просто улучшает орудия труда и условия жизни, но множит миры нашего обитания. Это фундаментальная техника, онтотехника, создающая уже не только лучшее приспособление к материальной жизни, скажем, новое средство передвижения (поезд, автомобиль, самолет), но и новые формы человеческого бытия и разума: заменяемые искусственные органы, генетически модифицированные тела, орудия вычисления, мышления, восприятия, новую чувственную среду. Все то, что раньше считалось неизменным, предданным бытию, теперь оказывается рукотворным и мыслетворным. Человечество на путях познания как бы дошло до основ мироздания и теперь начинает строить его заново, снизу вверх, уже по своим чертежам. И поэтому трагические узлы бытия расплетаются ― и оказываются ниточками в руках новых инженеров, генетиков, программистов, электронщиков.

Стив Джобс даже смерть понимал как конструктивный прием жизни. "...Смерть — пункт назначения для всех нас. Никто никогда не смог избежать ее. Так и должно быть, потому что Смерть, наверное, самое лучше изобретение Жизни. Она — причина перемен. Она очищает старое, чтобы открыть дорогу новому". Но у Джобса еще сравнительно традиционный взгляд на смерть. Он уже не видит здесь морально-религиозной проблемы, но еще и не предлагает технического решения. А Рэй Курцвейл, изобретатель и пророк трансгуманизма, идет еще дальше, полагая, что смерть преодолима и бессмертие ― это близкая перспектива биотехнической и нанотехнической революции. Нанотехнологии создадут мириады нанороботов, способных беспрерывно ремонтировать организм изнутри на клеточном и молекулярном уровне.

 

Рэй  Курцвейл

  

Развитие прямых человеко-машинных интерфейсов ― на основе фундаментальных исследований мозга и нанотехнологий ― рано или поздно приведет к тому, что прямое подключение нервной системы к компьютеру (в духе "Матрицы" ― кабель в мозг, ну или хотя бы в зрительный нерв) перестанет быть фантастикой. Какая уж фантастика, когда речь идет, например, об избавлении от слепоты ― работы в этом направлении ведутся настолько интенсивно, что можно уже делать ставки на то, когда появится первый киборганический глаз с разрешением вашего дисплея. И этот глаз можно будет подключить не только к видеокамере, но и к медиаплееру или к программе для чтения электронных книг.

Сам Курцвейл ежедневно принимает 250 таблеток всевозможных витаминов и биостимуляторов и в свои 63 надеется дожить до того дня, когда обретет бессмертие благодаря убыстряющемуся медицинскому и техническому прогрессу. Человек станет инженером самого себя, и все части тела будут заменяемыми, как детали машины. Совсем недавно, в сентябре 2011 года, в США объявлено о создании биопринтера, который работает по принципу обычного офисного принтера, но вместо текста и картинок печатает органы. А вместо чернил в картриджи заправляется сложная смесь из стволовых клеток человека или животного. Устройство предназначено для "печати" тканей, участков кожи, позвоночных дисков, коленных хрящей и даже полноценных органов.

 

Билл Гейтс

 

"Никогда еще не было столько возможностей делать то, что раньше казалось просто невероятным" (Билл Гейтс). Новые сверхинженеры мнут в своих руках глину будущих существований, организмов, интеллектов. Соответственно, возникает и новый психологический тип личности, которая видит многообразие возможных технических решений там, где раньше обнаруживалась неподвластная основа бытия, почва и кровь, законы судьбы и рода, гнет традиции. Можно было бросать вызов, воевать с ними, побеждать или гибнуть. Перед современным человеком, уже не фаустовским, а матричным, разворачивается поле множественного выбора, где он осуществляет комбинаторную деятельность сборки новых миров. Он уже не данник рока, а решатель задач. Он уже не человек в божьем мире, а бог в мире людей. Бог-самоучка, пусть еще не всеведущий и не всемогущий, но уже готовый творить миры и в них аватаров по образу и подобию своему. Вот анекдот про Гейтса:

После смерти Моисей, Эйнштейн и Билл Гейтс каждый в свое время попали в рай. Бог каждого спрашивает: "Что бы вы хотели у меня спросить?" Моисей: "Я бы хотел узнать, как правильно исполнять Твою волю". Эйнштейн: "Я бы хотел узнать законы, по которым Ты построил мир". Билл Гейтс: "Зачем Ты сел на мое место?"

Так какая же разница остается между Богом и Гейтсом? Очень маленькая: Бог не думает, что он Гейтс.

Дело, конечно, не в Гейтсе как таковом, а в собирательном психотипе ― назовем его Стилл Джейтс ― который подходит к миру как к матрице. В математическом смысле матрица ― совокупность строк и столбцов, на пересечении которых находятся элементы данной структуры. В психологическом смысле матрица ― это установка на создание мира с заданными свойствами и уверенность в том, что перебор всех возможных вариантов приведет к наилучшей комбинации элементов. Матричный человек не материалист, а практический идеалист, концептуальный инженер: он спокойно и рассудительно созидает то самое всеобщее счастье, на которое люди прошлого тратили так много "лишних" эмоций, только отдалявших от желанной цели.

 

Михаил Эпштейн

"Частный корреспондент"

Фото с сайтов

Reporterus 

Wikipedia Файл:Raymond_Kurzweil,_Stanford_2006_(square_crop).jpg

Evgeniyandronov 

Habrahabr