Наверх

Джаз в Большом Городе

Джаз в Большом Городе
Сегодня о времени, месте и действующих персонажах, а так же о том, что лично они делают для развития культуры джаза в Петербурге, рассказали три выдающихся мужчины: Билли Новик – фронтмен Billy’s Band, Сид Фишер – совладелец джаз бара The Hat и известный в России и за рубежом, выдающийся кларнетист Константин Хазанович.
 Now's The Time (C.Parker)
(Время пришло. Чарли Паркер – перевод с анг.)
 

- Ребята, сейчас очень много говорят про джаз, джаз бары, джаз музыкантов. А ведь само явление джаза в России появилось относительно недавно. Костя, вот кто такие джазовые музыканты?

Константин: Это молодые ребята. Это люди, с одной стороны, совершенно сумасшедшие. Они начали играть абсолютно чужую музыку, которую никогда никто не играл. Каким-то образом услышали Декстера Гордона, Уэйна Шортера, Майлз Девиса, Чарли Паркера и начали это играть. Так появились талантливые ребята. Это парадокс. Этого не должно было случиться. Но с другой стороны, это люди искусства. Они самоотверженно верили в этот стиль самовыражения – джаз. Есть еще более старшее поколение, которые вообще учились вслепую. У них даже не было возможности получить какие-то записи. Они запирались в туалете, чтобы не слышали соседи, крутили радио приемники, ловили «Голос свободы» , слушали джаз. Это была другая вселенная, другое пространство, совершенно неизученное, неизвестное. Было очень много мистификаций относительно джаза. Например, что джаз – музыка толстых, а на самом деле джаз – музыка худых и бедных (смеется). Джаз – это музыка интеллектуальных и мыслящих людей. Чтобы понимать джаз, нужно иметь задатки философского мышления, быть в поисках духовных путей.

 

- С Америкой понятно – она родина джаза. Сид, вы много путешествовали, одно время даже жили за границей, как вы считаете, джаз бары в России и Америке отличаются?

Сид: В Америке практически не осталось джаз баров. Я застал пару в Нью-Йорке, но они уже не такие, как были раньше. Другой формат: в большей степени еда, в меньшей степени бар. Джаз, с появлением рока, перестал быть популярной музыкой. Он стал классикой, а иногда с налетом архаичности, поэтому стало принято смотреть и слушать его сидя.

- Сид, Вы первым открыли в Петербург классический американский бар Terminal, первым ввели в питерскую культуру джем сет пул бар The Hat –джаз бар 50-х, как повлияла почва на развитие традиций?

Сид: Люди сейчас совсем не воспринимают The Hat как просто бар. Он воспринимается только вместе с джазом. Человек, который заходит в Шляпу, первым делом спрашивает: «А когда музыка будет?». То есть интерес к месту как к бару минимален. Наш гость очень консервативен. Он вряд ли будет вечером пить в том месте, где утром подают манную кашу. Для нас это странно звучит, но это совершенно нормальный формат, предположим, в Берлине.

 

- А кто сейчас ходит в джаз бары, кто вообще интересуется этим искусством, Билли?

Билли: Страждущие по джезу, по тру скиллу (перевод с анг. Настоящее мастерство, умение прим. авт.). Таких стало много. Хипстеры и другие прогрессивные фракции молодежи постепенно просекают, что видимо, ни Ipad-ом единым жива инди-культура. Музыка, сделанная кликами мышки скоро уже открыто будет считаться фейком (перевод с анг. подделка). А вот реальное искусство, звук реальных музыкальных инструментов, музыкантское мастерство, особенно джез, уже в цене. Смотрите, джез-клубы забиты даже по понедельникам.

- Кстати о клубах. Сид, вы как специалист по месту, скажите, достаточно ли в городе джаз площадок?

Сид: Все зависит от интереса гостя к этой музыке, потому что до тех пор, пока Шляпа не открылась, в Питере было около пяти джазовых заведений. Были старики: это, безусловно, Филармония (Филармония джазовой музыки), JFC, даже в первую очередь, JFC, а потом Филармония. Позже начали работу 48 стульев и два заведения, которые периодически открывались, закрывались: Рыба джаз и Муха-Цокотуха. После того, как открылась Шляпа, в городе появилось еще три джазовых заведения ,что в общем то приятно. Мне кажется, у нас получилось чуть-чуть популяризировать эту музыку в городе. По крайней мере, возродить интерес.

- Значит ли это, что Вы хотите задавать тенденцию, направлять развитие джаза в Петербурге? Костя?

Константин: Я думаю, что это невозможно. Даже русло реки невозможно направить, что уж говорить о естественном развитии. Мы служители джаза и наша задача создать почву для его естественного развития, воспитать традиции, воспитать слушателей и начинать нужно именно с себя. Что касается развития, я считаю, что джаз в мире только сейчас начинается. На западе он разделился до того, как люди успели понять всю его суть. Джаз превратился в коммерческую музыку, разделился на музыку для продажи и музыку для своих. И получилось, что этой эстетики никто до конца не понял. Я думаю, что сейчас наступает эпоха пере осознания.

- Сид, а ты как считаешь, почему джаз снова становится популярным?

Сид: Мне очень хочется думать, что с появлением The Hat. А может быть с хипстерским движением. Потому что, несмотря на то, что они не настоящие хипстеры, не те хипстеры, которые были в 50-х, их тянет к той истории. А само движение, которое было в 50-х годах, неотрывно связано с джазом.

- Джаз всегда был музыкой для избранных, а тут такая активная популяризация. Билли, не думаете, что это плохо скажется на развитии? Что в музыку придут посредственные музыканты?

Билли: Будем отсеивать. Нам уже приходит много просьб помощи от групп, которые не имеют ничего общего с джезом. Но это слово теперь в моде, поэтому многие хотят прокатится на бренде нахаляву. Нет. Никаких поблажек. Только тру-искусство. Только real джез (настоящий джаз). Хватит с нас этого всеобщего засилья постмодернизма.

- Хорошо. Я знаю, что у вас есть какой-то проект. Расскажите о нем.

Билли: Проект называется «Джаз в Большом Городе». Он создается нами с Константином Хазановичем для установления тесного контакта между страждущей по джезу и растущей, как на дрожжах, аудитории и непосредственно джезменами - талантливыми музыкантами, несущими реальное и неповторимое искусство момента в жизнь нашего города.

- Для чего это нужно? Какая цель?

Билли: В первую очередь необходима персонализация каждого джезмена. Эти уникумы, поверьте, заслуживают большего внимания, особенно в наш век дилетантизма и всеобщего музыкального безрыбья. Время пришло, мы это чувствуем. К тому же в городе уже настолько пошла джазовая волна, что мы просто, по сути, подбросим дровишек в огонь. Now's The Time, как говорил Паркер!

Константин: Одна из наших основных задач – создать благоприятную почву для новых точек соприкосновения для музыкантов, слушателей, новых мероприятий, концертов, выступлений. Джаз в России только развивается и наша задача создать для этого развития благоприятную среду. Что касается более приземленных целей – это, в первую очередь, персонализация джазовых музыкантов. Публика должна знать своих героев в лицо. А это действительно герои, потому что джаз могут играть только люди в совершенстве владеющие инструментом, понимающие природу этого искусства. Мы хотим показать слушателям не просто исполнителя, а эту магию, которая происходит, когда музыкант берет в руки инструмент и из ничего начинает строительство новой, музыкальной, своей собственной вселенной, в которой есть мысль, чувства, эмоции, идеи.

- Будете рассказывать только о лучших или критика тоже будет присутствовать?

Билли: Лучших вперед! У нас в городе много отличных, действительно мощных джезменов, так что на первые годы работы хватит. А потом будет жесточайшая конкуренция, которая автоматически будет контролировать планку. Как, например, еженощно в джез-баре The Hat. (ежедневно в баре The Hat проходят джемы - Музыкальное действие, когда музыканты собираются и играют без особых приготовлений и определённого соглашения, либо, когда взять инструмент и выступить может каждый из присутствующих. Прим. авт)

 

- The Hat – бар без афиш, без меню, небольшой по размеру. Сид, в чем секрет успеха?

Сид: Представьте себя на матче. Вы следите за игрой, потому что видите, что люди на площадке получают от этого удовольствие. Вы не знаете правила, но понимаете, что то, что происходит на поле подчинено какому-то порядку. Тоже самое и здесь. Ты не знаешь, по каким правилам строится эта красивая игра, но ты четко понимаешь, что музыканты между собой соревнуются. При этом ты четко осознаешь, что они играют в команде. И на это очень здорово смотреть, это зрелище.

- Правила бара позволяют не только смотреть, но и участвовать. Вы и сами выходите на сцену?

Сид: Очень редко. Довольно часто мне за это стыдно (смеется). Я иногда читаю что-нибудь в микрофон. Я люблю американскую поэзию битового и постбитового периода (Чарльз Буковски, Джек Керуак, Аллен Ирвин, Уильям Берроуз, Том Уэйтс). Иногда позволяю себе импровизировать, почитать что-нибудь. Мы все время благодарим музыкантов, которые к нам пришли, это правильно, это хорошо, но надо так же поблагодарить и гостей. Я обычно выхожу на сцену именно для этого.

- Билли, в одном из интервью ты говорил, что хочешь, чтобы каждый непьющий джазовый музыкант к 2020 году мог спокойно заработать себе на Мерседес Е-класса. А какую практическую пользу от вашего проекта будут иметь музыканты?

Билли: Помимо продвижения действительно стоящего искусства отечественного происхождения, мы со временем существенно повысим спрос и соответственно цены на хороший джез как в Санкт-Петербурге, так и в регионах. Джезмен перестанет спиваться от безысходности, сможет жить достойной жизнью и продолжать преумножать глубокие красоты музыки, делая мир и наше общество лучше. Почему серьезные музыканты, отдав десятилетия жизни музыке, должны получать как уборщицы без образования? Достойный джезмен заслуживает достойной жизни.

- Бытует такое мнение, что некоторые гениальные музыканты, отучившиеся в Европе, возвращаются на родину очень посредственными. Костя, насколько я знаю, ты сам учился в Германии. Как думаешь, с чем это может быть связано?

Константин: Туда едут действительно очень талантливые люди. А там на них наваливается вся вековая история джаза, о которой в России никогда не знали. За рубежом джаз уже эволюционировал и ушел далеко в развитии, когда как в России все только зарождается. Они приезжают туда ради искусства, а оно расплылось, смешалось с коммерцией, рынком. Сейчас в европейском и американском джазе качество меряется деньгами: продается или нет. Зарубежные музыканты с детства почти ежедневно впитывают эту атмосферу, когда как нашим приходится учиться самостоятельно. У нас большинство джазовых музыкантов – это самоучки. Все это накладывает свой отпечаток. Но есть люди, которые возвращаются еще более талантливыми. Это люди с огромнейшим потенциалом, с железной волей и сильным характером. Таких примеров очень много.

- Ну и самый главный вопрос. Для чего это Вам нужно? Билли, Billi’s Band же никто не продвигал?

Билли: Это не совсем так. Да, у Billy's band не было продюсера. Мы все делали сами. Но посмотрите количество интервью, репортажей, телевизионных эфиров - все это заслуга журналистской инициативы. За что позвольте выразить всей вашей братии глубочайший респект и великую благодарность. Иногда думаю, если бы не вы - так и сидели бы мы до сих пор в подвалах...

- Сид? Вы владелец нескольких баров. Вам это зачем?

Сид: Я люблю джаз и люблю открывать бары. Мы собираемся сделать по бару The Hat в каждой европейской столице. Я думаю, что в начале следующего года можно будет зайти в The Hat в Берлине.

- Костя, ты талантливый музыкант, для чего тебе это нужно?

Константин: Я люблю джаз. Я всегда чувствовал в себе потенциал организатора. И я хочу помогать молодым музыкантам находить себя, свой путь. Я служу джазу, искусству, культуре – это мое призвание. Когда ты понимаешь, что твое любимое дело приносит пользу, значит ты все сделал правильно.

Общаясь с этими мужчинами, глядя в их горящие глаза, слушая их творчество и наблюдая за плодами их успеха, понимаешь, что благодаря именно таким личностям создается история. Пусть проект еще только начинает развиваться, но у него, определенно, большое будущее. Когда хорошее дело окружено талантливыми людьми – оно обречено на успех.

P.S. Специально для читателей-рижан сообщаем, что концерт ЗВЕЗДЫ ПЕТЕРБУРЖСКОГО ДЖАЗА состоится 2 февраля 2015 года в Рижском русском театре имени Михаила Чехова. Подробней читайте: ЗДЕСЬ

Елена Самоделкина
Фото: Стас Станьковский